Регулирование “облачных сервисов” как инструмент международной конкуренции: определение предметного поля

История показывает, что технологическое развитие прямо или опосредованно приводит к изменениям в обществе. Будь то аграрная, промышленная или научно-техническая революция – изменения касаются производственных отношений, социальной структуры и системы управления на разных уровнях. Не составляют исключений ни современная динамика развития технологий как фактор изменений, ни система международных отношений как изменяемая (адаптирующаяся) социальная подсистема. Появляются новые политические пространства, их определение выходит за пределы “территориальной” геополитики 1, а борьба за них фундаментальным образом влияет, помимо прочего, на международную систему безопасности. Одним из таких пространств является информационное 2.

Более того, мы наблюдаем становление глобального информационного общества, формальной точкой отсчета которого можно считать начало XXI в., а именно принятие Хартии Группы семи/восьми в 2000 г. и проведение Всемирного саммита по информационному обществу 2003–2005 гг.

Сфера информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) как один из основных инструментов развития информационного общества крайне сложна для изучения, так как включает длительные и зачастую дорогостоящие научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, реализуется через материальные продукты (аппаратное обеспечение) и нематериальные (программное обеспечение), имеет длинные и иногда нелинейные (сетевые) цепочки создания. Подробно рассмотреть такой нетривиальный объект в одной статье представляется невыполнимой задачей, поэтому автор предлагает сосредоточиться на отдельной группе ИКТ, условно называемой “облачные сервисы” (OC). Эта группа обладает вышеописанными трансформационными возможностями ИКТ и включает практически всю “вертикаль” этой сферы (хранение, обработка и передача данных) для своего полноценного функционирования, но при этом является группой технологий, которую можно дифференцировать и рассмотреть целостно.

Сложность и в то же время особый интерес рассматриваемой исследовательской проблемы обусловлены сущностью и формой предоставления ОС. Большинство известных теорий и практик по тарифному и нетарифному регулированию, таможенному и транзитному контролю и т.д. к этой сфере не относится из-за отсутствия факта физического перемещения товаров, такие сервисы зачастую предоставляются не единожды, а на протяжении длительного периода времени автоматически (например, месячная подписка на сервисы), оплата программного продукта не производится сразу, а фактически за время его использования. “Облачный сервис” нельзя конфисковать, а ограничение его импорта в страну составляет ресурсоемкую задачу, так как выполнение программ не привязано к конкретной локации (хотя и выполняется где-то физически, но может быть перенесено или распределено), а доступ к таким сервисам осуществляется через глобальную сеть Интернет.

Исследовать “облачные сервисы” в контексте политической науки стали уже на заре их появления в 2005–2010-е годы. До конца 2010-х годов уровень распространения ОС оставался относительно невысоким, что не давало возможности детально проанализировать различные аспекты влияния этой технологии на общество, а тем более на сферу международных отношений. Тем не менее уже в 2012 г. профессор Амстердамского университета (Нидерланды) К. Ирион проанализировала проблему обеспечения суверенитета данных в используемых правительствами “облачных сервисах” (системы электронного правительства, государственные информационные системы и пр.) и предоставила обзор мнений других экспертов по этой теме, рассмотрела подходы различных стран (Австралия, Канада, Великобритания, США) и интеграционных объединений (Европейский союз) к регулированию этой предметной области 3. В 2016 г. профессор Джорджтаунского университета США Л. ДеНардис и исследователь Национального центра научных исследований Франции Ф. Мусиани описали контекст и проблемы, связанные с управлением интернетом, а также подчеркнули, что законы о “локализации” (размещении на территории страны) данных и национальное/региональное регулирование “облачных сервисов” неразрывно связано с вопросами цензуры, защиты конфиденциальности и слежения (surveillance) 4. В 2018 г. профессор Даремского университета (Великобритания) Л. Амур также подняла тему суверенитета данных ОС, расширив предмет исследования до их использования как инструмента хранения, обмена и анализа данных для правительственных, разведывательных и военных целей на примере США 5.

Начиная с 2020-х годов в связи с ростом вероятности потенциальных прецедентов влияния “облачных сервисов” на международные отношения и сопряженной с этим общественной обеспокоенностью появляются исследования о прямой зависимости возможностей международного влияния отдельных стран от уровня развития их технологий. В 2020 г. преподаватель Университета Нового Южного Уэльса (Австралия) М. Картрайт описал, как “доминирование на международном рынке” в сфере ОС под воздействием государственной “экстерриториальной власти” может конвертироваться в инструмент международного влияния 6. В 2022 г. сотрудник Центра интернета и общества им. Беркмана Кляйна Гарвардского университета США Х.О. Фрейлер выявил риски фрагментации интернета, сформированные на фоне, с одной стороны, растущей зависимости от “облачных” вычислений, а с другой, – попыток федеральных властей Соединенных Штатов утвердить суверенитет США над глобальной инфраструктурой, что выражается главным образом через регулирование критической инфраструктуры для реализации массового слежения (извлечение информации из суверенных государств), масштабных кампаний влияния (передача информации в суверенные государства) и одностороннее применение киберсанкций против суверенных государств (ограничение информационных потоков) 7. И М. Картрайт, и Х.О. Фрейлер подкрепляют свои аналитические выводы примерами соперничества США и Китая в сфере ИКТ.

Различные подходы США и Китая к регулированию киберпространства как одной из форм международной власти были рассмотрены исследователями Российского университета дружбы народов Д.А. Дегтеревым, М.С. Рамичем и Д.А. Пискуновым в 2021 г., описавшими ключевые позиционные документы этих стран на национальном и международном уровнях 8. В 2022 г. М.С. Рамич и Д.А. Пискунов изучили проблему секьюритизации информационного пространства (включая “облачные сервисы”), а также определили иерархию системы глобального регулирования, в которой США и Китай занимают позицию “создателей правил”. При этом США классифицируется как наивысший I уровень акторов (лидерство в глобальном управлении ИКТ), а Китай как II уровень (существенное влияния на глобальное управление ИКТ) 9.

Официальные стратегические документы США и Китая (а также НАТО) определяют “облачные сервисы” как одну из критически важных зарождающихся технологий, способных оказать влияние на международную безопасность и стабильность 10. При этом на сегодняшний день отсутствует единый международно-правовой режим, регулирующий сферу ИКТ, и ни одно государство в мире не может считать себя полностью защищенным от трансграничных информационных угроз 11. Таким образом, регулирование сферы ОС может стать важным инструментом международного влияния. При этом под регулированием понимается деятельность государства по созданию и поддержанию своих конкурентных преимуществ, суверенитета и безопасности в международной среде путем реализации правовых, культурных, политических и экономических методов влияния. Также следует отметить, что регулирование “облачных сервисов” как группы технологий может осуществляться отдельно от регулирования интернета в целом.

Цель предлагаемого исследования заключается в обосновании возможности использования регулирования сферы “облачных сервисов” как инструмента международного влияния. Задачи исследования автор сформулировал следующим образом:

1. дать подробное определение сферы ОС, включая ее качественную и количественную оценку;
2. предоставить примеры и параметры конкуренции международных субъектов разных типов в названной сфере;
3. описать суть, цели, типы и методы государственного регулирования ОС.

Статья включает восемь разделов, исходя из поставленных автором задач. В первом обоснован выбор методологии исследования, концептуализированы понятия влияния и регулирования, а также самих “облачных сервисов”, сформулирована научная гипотеза исследования. Во втором разделе детально рассмотрены сущность и компоненты ОС, количественные характеристики глобального рынка этой группы технологий и оценки его развития. В третьем представлены особенности и типы конкуренции в данной сфере, а в четвертом – связанные угрозы и проблемы безопасности, субъекты и нюансы контроля над ОС. В пятом разделе раскрыта суть неэкономической конкуренции, а в шестом проанализирована роль государства в конкурентной борьбе в сфере “облачных сервисов” и сформулированы основные цели, типы и методы государственного регулирования. В седьмом разделе предложена авторская модель международной системы регулирования ОС. В последнем разделе кратко изложены результаты и выводы проведенного исследования.

В контексте международного влияния важно различать возможности влияния и намерения. Возможности влияния предполагают наличие необходимых ресурсов (экономических, военных, демографических и др.) и условий (нормативных правовых, политических, культурных и пр.) для реализации влияния, и таким образом составляют потенциальную мощь (capacity) субъекта международных отношений. Намерения влияния реализуются в конкретных планах международного воздействия (стратегии, концепции и пр.) и/или целенаправленных действиях (проведение переговоров, деятельность в рамках международных организаций, применений санкции), которые составляют реальную мощь субъекта.

Международное влияние в сфере ИКТ формализовано автором с помощью понятия Kuberpolitik12, которое определяет субъекты, объекты и методы влияния в этой сфере. Для целей данного исследования выбран тип субъекта “государства, их союзы и коалиции, (суб)региональные интеграционные объединения”, который в настоящее время все еще обладает наибольшими возможностями для реализации международного влияния.

ИКТ – сложный и многообразный объект международных отношений, который включает различные компоненты на разных уровнях: сети, сетевое и клиентское оборудование, серверы, данные, информация, знания, программное обеспечение 12. Особое подмножество данного объекта составляют “облачные сервисы”, особенность которых заключается в том, что они в каком-то смысле являются квинтэссенцией ИКТ, так как представляют собой высший, прикладной уровень реализации большого количества технологий и разработок, который при этом включает именно то, чем реально пользуются частные лица, бизнес, организации. “Облачные сервисы” – это готовые продукты, которые решают конкретные задачи, в отличие от набора патентов, программных библиотек и шаблонов разработки. ОC также играют важную роль в росте цифровизации многих сфер жизнедеятельности, что придает им статус “средств производства”, контроль над которыми является одним из ключевых вопросов в экономической теории.

В контексте политического исследования главной характеристикой “облачных сервисов” является то, что они – высокоэффективный инструмент международного влияния. Они предоставляют техническую возможность для реализации этого влияния: например, удаленное выполнение программ, возможность подключения к серверам и перехвата данных, удаленного отключения сервисов для целых стран и пр.

Первая научная гипотеза исследования состоит в том, что рост глобального рынка “облачных сервисов”, в сочетании с их техническими особенностями, способствует превращению OC в мощный инструмент международного влияния и конкуренции. Вторая гипотеза: государственное регулирование “облачных сервисов” может служить эффективным методом для стран, стремящихся усилить свое международное влияние и воздействие на других участников международных отношений.

Понятие “облако” сформировалось в 1990-е годы в США изначально в деловой среде, а не в научной, и подразумевало метафору множества мест удаленного выполнения программ. Распространение “облачных сервисов” к 2011 г. потребовало от Национального института стандартов и технологий США дать однозначное определение и сформулировать уникальные характеристики этой группы технологий. В 2014 г. термин cloud service и его официальный перевод на русский язык “облачная услуга” были определены в технической рекомендации Международного союза электросвязи ITU-T Y.3500, которая также была принята в качестве международного стандарта ISO/IEC 17788:2014. Тем не менее в русскоязычной деловой среде для обозначения этой же группы технологий чаще применяется термин “облачный сервис”, который и используется автором в этой статье в качестве наименования основного исследуемого объекта.

• “облачный сервис”, или “облачная услуга” (cloud service) – одна или несколько функциональных возможностей, предоставляемых с использованием “облачных вычислений”;
• “облачные вычисления” (cloud computing) – парадигма обеспечения сетевого доступа к масштабируемому и гибкому набору совместно используемых физических или виртуальных ресурсов с предоставлением и администрированием ресурсов на основе самообслуживания по запросу.

• IaaS: инфраструктура как сервис (infrastructure as a service) – предоставляется услуги обработки и/или хранения данных, а также сети передачи данных;
• SaaS: программное обеспечение как сервис (software as a service) – предоставляются возможности приложения (прикладного программного обеспечения);
• PaaS: платформа как сервис (platform as a service) – предоставляется среда, в которой можно развертывать приложения, управлять ими и выполнять их.  

Другими словами, “облачные сервисы” можно определить как нечто, без чего пользователь не может полноценно использовать программу на своем клиентском оборудовании (персональный компьютер, смартфон и пр.) и для работы чего (помимо коммуникационных сетей и других пользователей с их клиентским оборудованием) необходимо наличие какого-либо дополнительного масштабируемого и гибкого ресурса (например, удаленного сервера приложений и/или базы данных), который предоставляется пользователю по запросу.

В число пользователей OC входят практически все типы субъектов международных отношений: индивидуальные пользователи, коммерческие и некоммерческие организации, государственные учреждения (включая вооруженные силы и непосредственно правительство), международные организации и институты глобального управления.

Современные системы, которые могут функционировать на основе ОС (или сами являются ими), – это сервисы электронной почты, системы мгновенного обмена сообщениями (мессенджеры), социальные сети, банковские программы, музыкальные приложения и видеохостинги, онлайн-карты (картографические сервисы), сервисы хранения и редактирования данных, системы бронирования транспорта и жилья, практически все веб-приложения (работа с которым осуществляется через веб-браузер), а также множество систем для профессиональной деятельности (бухгалтерских, логистических, производственных, торговых и т.д.). То есть множество решений, которые на сегодняшний день (предположительно, в будущем этот тренд будет усиливаться) обеспечивают существенную часть жизнедеятельности людей развивающихся и развитых стран мира, а следовательно – и весомую долю социальных процессов на страновом и международном уровнях.

Компоненты “облачных сервисов”

“Облачный сервис” – это не какая-то одна конкретная технология или программа, а набор разных ИКТ: сети и сетевое оборудование, серверы, программное обеспечение и данные, информация и знания, которые работают вместе для достижения конечной цели.

Тип ИКТ “Сети и сетевое оборудование” представлен магистральными сетями интернет, каналами передачи данных (радио- и проводными), оборудованием (базовые станции, сетевые коммутаторы, маршрутизаторы и пр.), что в совокупности составляет физическую часть ресурсов данного типа. Также используются и логические ресурсы – IP-адреса, домены и системы доменных имен (DNS).

Тип “Серверы” включает в себя физические дата-центры (data center) – или центры хранения и обработки данных (ЦХОД) – и размещенную в них инфраструктуру (инженерную, телекоммуникационную и информационную).

Тип “Данные, информация и знания” состоит из различных подтипов: структурированные и неструктурированные данные, данные приложений, персональные данные, информация о физических и виртуальных ресурсах и процессах, интеллектуальные активы (технологии, патенты, международные стандарты, копирайт и торговые марки) и пр. Данные не случайно называют “новой нефтью”, подразумевая их особую ценность как ресурса, а также говорят о возникновении новой философии, созданной растущим значением “больших данных” (Big Data)13– датаизме (от англ. data – данные). Иногда они также трактуются как новая идеология или даже религия, где “информационный поток” имеет “высшую ценность”, которая определяется вкладом любого явления или сущности в обработку данных 14.

Существует множество технических вариантов развертывания и предоставления ОС: “публичные облака” (предоставляются на общедоступной инфраструктуре) и “частные облака” (частная и/или закрытая инфраструктура), “гибридные облака” (комбинация двух предыдущих), “мультиоблака” (одновременное использование нескольких решений для повышения отказоустойчивости и/или снижения операционных расходов), а также “бессерверные” вычисления (динамическое выделение вычислительных ресурсов в зависимости от количества запросов), “туманные” (размещение данных “ближе” к пользователю) и “граничные” (обработка данных “ближе” к пользователю). Но все эти методы технической реализации не меняют главного принципа “облачных сервисов” – удаленное выполнение программ и доступ к ним через сеть.

            ОC также могут использоваться совместно с передовыми “глубокими технологиями” (Deep Tech), такими как “искусственный интеллект”, квантовые вычисления, блокчейн и пр., но сами “облачные сервисы” не являются ими, а лишь предоставляют интерфейс (доступ) к ним, образуют среду их реализации (выполнения) и/или хранилище данных для них.

• 5.35 млрд человек в мире имеют доступ к интернету, и 5.04 млрд из них пользуются социальными сетями (январь 2024 г.) – тоже по сути “облачными сервисами”;
• оценка мирового рынка ОС составляет примерно 546 млрд долл. США (2022 г.)