Образование: 2016 г. – Университет политических и социальных наук «Пантеон», Факультет международных отношений, европейских исследований и регионоведения (Афины, Греция) 2018 г. – Московский государственный институт международных отношений МИД Российской Федерации, Факультет международных отношений 2018 г. – Институт политических исследований, Парижская школа международных отношений (Париж, Франция) 2023 г. – защита диссертации на соискание степени кандидата политических наук «Публичная дипломатия США как политическая технология» по специальности 5.5.2 (политические институты, процессы, технологии) в ИМЭМО РАН Сфера научных интересов: публичная дипломатия и мягкая сила США, политические технологии влияния на общественное мнение и поведение в международных отношениях, инструменты ведения информационной войны во внешнеполитическом арсенале США Профиль автора в Publons (ResearcherID)
Статья представляет собой попытку взглянуть на тенденции глобальной политики и, в частности, российско-американское противостояние сквозь призму контроля международного информационного дискурса в контексте парадигмы миропорядка. Россия и Соединенные Штаты не просто продвигают разные модели мироустройства, но в целом рассматривают вопросы трансформации миропорядка с совершенно разных ракурсов: российский дискурс отстаивает идею многополярного мира (как логического этапа развития), в то в время как американский упорно придерживается концепции “миропорядка, основанного на правилах”, одним из ключевых элементов которого является единоличное глобальное лидерство США. В фокусе анализа – публичная дипломатия США и ее кинематографическое измерение как инструмент влияния на международное общественное мнение, в том числе в контексте восприятия вопросов мироустройства и роли ведущих держав в нем. В статье последовательно рассмотрены причины, по которым американский кинематограф можно отнести к арсеналу публичной дипломатии: примеры формального и неформального сотрудничества американских правительственных структур с киноиндустрией. Затем, с учетом тенденций потребления кинопродукции как в мире, так и в России, исследование сфокусируется на ряде блокбастеров, чтобы на их примере изучить взаимосвязь развлекательного кино и нарративов, которые оно транслирует зрителям, с национальными и правительственными интересами США. Особое внимание будет уделено тому, какая картина мира предстает перед зрителями популярных кинофильмов с учетом тиражируемых геополитических клише, манипулирования историческими фактами и использования художественного символизма в сюжетах, который легко можно интерпретировать в контексте национальных интересов и внешнеполитической доктрины США. Методология исследования базируется на теориях “культурной гегемонии” и “популярной геополитики” с применением качественного контент-анализа к продукции американской киноиндустрии. При подведении итогов выделены риски и возможности для России с учетом тенденций последних лет.
Tensions in U.S-Russia relations have been on the rise over the last years. This article attempts to examine them through the prism of the clash between two different world order paradigms. While Russia has been promoting the concept of multipolarity as the next step from unipolarity, the U.S. abides by the concept of a ‘rule-based order built after the WWII with the American singular leadership’. The author argues that among public diplomacy instruments one of the most powerful in terms of promoting the American-centric paradigm of the world order are blockbusters – ‘popcorn diplomacy’. The paper offers an insight into how Hollywood movies are linked with Washington’s narrative of the world order. First of all, author explains why cinema should be considered a part of the U.S. public diplomacy’s arsenal, presenting several examples of both official and unofficial collaboration between American government and movie pictures’ industry. Using the methods of the popular geopolitics theory and cultural hegemony theory and applying content-analysis to several American popular blockbusters (chosen on the basis of their global popularity and popularity in Russia in particular), the author identifies certain techniques that help advance the American perception of the world and manipulate the public opinion in U.S. national interests. Specifically, article pays attention to what kind of picture is being presented to audience through movies via multiplication of geopolitical clichés, manipulation of historical facts and exploiting the symbolism of fictional plots that can be easily interpreted in terms of the U.S. national interests and foreign policy doctrine. In conclusion, the article discusses what risks and opportunities this policy poses for Russia.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.