Образование : Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова Магистратура «Международные отношения» (программа «Глобальные политические процессы и дипломатия») Аспирантура – 23.00.04 Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Научные интересы : внешняя и оборонная политика КНР, внешнеполитические концепции и инициативы КНР, внешнеполитические стратегии стран Северо-Восточной Азии Языки : китайский, английский, арабский Публикации : 29 научных статей Профиль автора в Science Index
Author`s Profile in Science Index
Статья посвящена изучению теории и практики продвижения китайской идеи по созданию “сообщества судьбы Арктики” (ССА) в арктическом регионе. Актуальность изучения темы обусловлена стратегическим значением этой идеи как одной из долгосрочных задач и конечного результата политики Китая в Арктике. Учитывая, что Пекин продвигает ее с 2018 г., неизученность данной темы можно охарактеризовать как пробел в отечественной науке. В 1990–2010-е годы в КНР активно занимались формированием собственной “перцепции” Арктики через призму национальных интересов, научно-исследовательских и экономических планов с учетом ускоряющегося глобального потепления и его влияния на северное приполярье. В развитие идеи ССА Китай на практике формирует ее институциональные рамки с опорными столпами (элементами), к которым можно отнести, например, инициативу “Ледового шелкового пути”, “околоарктическое” самопозиционирование и др. В этой связи данное исследование представляет собой попытку комплексно рассмотреть идею ССА с учетом двух особенностей китайской “перцепции” Арктики. Во-первых, в рамках китайского представления Арктика по-прежнему остается для Пекина новым регионом, где Китай – политически “чужой” – заинтересован в участии в освоении запасов региональных ресурсов и эксплуатации преимуществ морских путей как дополнительных опор социально-экономического развития страны в будущем. В этом ключе ССА является не только результатом китайской “перцепции” арктической реальности, но и отражением концептуального видения Китаем того, “как воспользоваться преимуществами Арктики” в экономическом развитии КНР. Во-вторых, Арктика как отдельный регион системы международных отношений интересна для Пекина с точки зрения продвижения китайского вúдения реформирования системы глобального управления. В этой связи комплексное понимание идеи ССА поможет осмыслить и понять, в каком ключе будет развиваться политика КНР в северных высоких широтах. В этом контексте важно учитывать два фактора при планировании российской политики в Арктике: во-первых, практическую деятельность Китая в целях создания ССА; во-вторых, экспертные обсуждения будущих концептуальных решений и предложений для дальнейшего развития китайского вúдения по Заполярью.
This article is devoted to the study of the theory and practice of promoting the China’s idea of creating an ‘Arctic Destiny Community’ (ADC) in the Arctic region. The relevance of the study is due to the strategic importance of the ADC idea as one of the long-term objectives and the result of China’s policy in the Arctic. Given that China has been promoting the idea since 2018, the unexplored nature of this topic can be characterized as a gap in the Russian scholarship. In the 1990s–2010s, China actively studied and shaped its own perception of the Arctic through the national interests, research and economic plans, taking into account an accelerating climate change – warming – in the Arctic region. As a follow-up to the ADC, China is in practice forming its conceptual framework with supporting pillars (elements), which include, for example, the ‘Polar Silk Road’ Initiative, ‘near-Arctic’ self-positioning, etc. In this regard, this study is an attempt to comprehensively examine the idea of the ADC by taking into account two features of the China’s perception of the Arctic. Firstly, within the China’s perception, the Arctic is still a new region for Beijing, where China is a political ‘stranger’, but it is interested in participating in exploitation of Arctic resources and getting the advantages of sea routes as additional pillars of the country’s future socio-economic development. In this vein, the ADC is not only the result of China’s ‘perception’ of the Arctic reality, but also a reflection of China’s conceptual vision of ‘how to take advantage of the Arctic’ in China’s economic development. Furthermore, the Arctic as a distinct region of the international relations system is of interest to Beijing in terms of advancing China’s vision of reforming global governance. In this regard, a comprehensive understanding of what the idea of the ADC is will help us to conceptualize and understand how China’s policy in the Arctic will evolve. In this context, it is reasonable to consider the following factors when planning Russia’s strategy in the Arctic: firstly, what China is doing in practice to create an ADC in the Arctic, and secondly, what is being discussed at the expert level as a future conceptual solution and proposal for further development of the Chinese vision for the Arctic region.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.